На полях таджикской войны 1992 года отмечались поразительные факты. Стрельба прекращалась при возгласе типа «Атас, Марианна начинается!» Мексиканский сериал «Богатые тоже плачут» приостанавливал боевые действия. Что-то есть в этом даже величественное. Иное дело наши нынешние привычки отвлекаться от политических треволнений каждое новогодье: «В Альпы дунули (кто побогаче) или в Турцию (кто победней)». Что-то есть в этом сильно отталкивающее. Но не в этот раз.

Страна явно меняется, и этот процесс делается необратимым. Порука тому – его незаметность, рутинное течение перемен. Перемены происходят без громовых отсечений прошлого – но прошлого уже нет. Новизна обступает со всех сторон, и этому даже не удивляются. Главное её проявление: редкий клоун решится теперь заговорить о «путинском большинстве», о 86% и т.п. Разговор об «укрофашизме» затыкают уже без смеха, а о доблестном вмешательстве Кремля в сирийскую волну – с нарастающей злобой: «Скоро жрать станет нечего, а он в Сирию полез!» Да что тут говорить. У вас наверняка есть знакомый т.н. «ватник». Напомните ему услышанное от него же хотя бы пару лет назад. И приготовьтесь: «Разве я такое говорил? Да ладно… Пьяный был, наверное».

Но с другой стороны. Активный протест вновь на спаде. Собственно, что и было-то в прошлом году? Столичная борьба за гордуму, серия побоищ, судов и посадок – кончившаяся дисциплинированным голосованием избранного оппозиционера-яблочника Митрохина за собянинский бюджет. Отброс очередного духоскрепного вертепа от екатеринбургского сквера – город казни царя, город Ельцина снова сказал своё веское слово, и соло-пропагандон его услышал, забившись в восхитительной истерике. Стойкий вынос олигархического мусора в Шиесе и не только. Драматичный аккорд года – атака Евгения Манюрова, «боестолкновение ФСБ с НОДом» у самых лубянских стен.

Год от года всё жёстче подавляется мирный протест, и также из года в год совершаются акции совсем иного характера. Грозные звонки хозяевам страны. Которых они стараются не расслышать. Чтобы не грустить.

Режим ведь не меняется. Он вообще стремится к энтропии, ибо любое движение означает его конец. И потом, куда и зачем двигаться правящей номенклатурной олигархии? Им-то как раз всё нравится. Беспредел власти, дичь магнатских доходов, террор, пытки и крутки, ксенофобская дурь, клерикальная гниль, идеологическая гнусь – всё это естественная среда их обитания. Оборонять её готовы методами 37-го. Данный медицинский факт следует усвоить и не иметь иллюзий. «Видел, как у них по-змеиному языки наружу?» – народное наблюдение за фото и видео номенклатуры с агитпропом. Звучит гораздо чётче и основательней любого политологического анализа.

Не нравятся им разве что представители населения, которым активно не нравятся они сами. Реальные сроки людям, сопротивлявшимся при избиениях – однозначный показатель, что единственное вызывает беспокойство в верхах. В том же ряду властных предложений обществу законодательные новации 2019-го. Лихорадочный поиск методов блокирования всемирной Сети под балалайкой «суверенного Интернета». Процедура причисления физических лиц к «иностранным агентам», возведение травли в закон. Новые нормативы контроля и слежки за трудящимися массами многонационального народа Российской Федерации. Больше им нечего предложить.

А ещё они «обеспокоены стагнацией реальных доходов населения», если верить Владимиру Путину. Отчего бы не поверить. Ещё как обеспокоены. С барского стола на подкуп не осталось лишних объедков. Не от себя же отрывать. Остаётся лишь беспокоиться. Убирать с иркутского губернаторства коммуниста Левченко, подбираться в Хабаровске к жириновцу Фургалу. Вот уж, нашли проблемы.

Впрочем, беспокойство пока не сильное. Очаги сопротивления разрозненны. Всесметающего миллионного движения нет. Однако есть другое. Российская традиция, российская протестная культура иные, чем в Европе, Америке или арабском мире. Здесь не привыкли неделями и месяцами жить в обстановке уличного восстания. Здесь другое. Повседневное и ежечасное бытовое сопротивление, социализация «последней штольни», выдвигающейся в таран-авангард. В какой-то момент – никогда не предвидимый – к отрицалову присоединяются ватники, «ночная политика» становится дневной и уносится точка возврата.

Положение в СИЗО и ИК, пожалуй, политически значимей любой гос- или гордуры. Не говоря о положении в спальных кварталах, в шалманах, в промзонах, где тренируют Росгвардию. Но в оппозиции (назовём это так по привычке) близко нет понимания таких раскладов. Отпасть не встать, но даже по фигурантам московского дела возникают какие-то взвякивания насчёт «нарушения закона». Оттого она и пребывает в нынешнем состоянии. Даже при выдвижении новой, незапятнанной генерации молодых либертарианцев.

Ладно, жизнь научит. Или затащит. Социальную культуру своей страны придётся изучить. И не откладывая, уже в наступившем году. С круглым звучанием Двадцатки. А если что – «Опаздывающих наказывает жизнь», учил Михаил Сергеевич. Он-то в этом до конца убедился.

Навевает на Кремль беспокойство и мир. Напрягают Латина и Ближний Восток, рухнули «нацлидеры» Боливии и Судана. Дрожат и трещат «легитимные правительства» воров и духоскрепов, за которые так трясутся в Кремле и на Смоленке. Приятель Трамп по телеку что-то совсем перестал их радовать. Берёт и сходу приканчивает иранского генерала из «хомейнистских СС», с которым, как некогда с Гитлером в Польше, скреплена кровью дружба на полях Сирии. И это сразу после Нового года, все фэйсы ещё в оливье!.. Не оправдывает оказанного доверие Зе-президент в Украине: не капитулирует, поскольку недостаточно отморожен, чтобы ссориться со своей страной. К тому же в прошлом году отмечены тридцатилетие Осени народов – одномоментного сноса старой генерации кремлёвских вассалов. Недаром Путин именно сейчас так увлёкся историей. Глядишь, узнает, как Бернштейна от Бронштейна отличить.

История вообще превращается в поле идейного боя. Да и только ли идейного.

Уже сделана заявка провести 2020-й под знаком 75-летия Победы. Это действительно важно. 9 Мая пора вернуть стране. Вспомнить, что этот день был Победой Свободы. Победой над режимом, который правящая верхушка диктатуры и агрессии пародирует ныне внутри и вовне. Это надо сказать. Это должны услышать. Как народ, ставший армией, уничтожил уродский режим нацистского чиновного духоскрепства. И как теперь это надо повторить с другим режимом. Куда менее мощным, скорее мерзким, чем страшным. Можем, конечно, о чём разговор. И год действительно обязывает.